Александр Межиров

Ладожский лёд

Страшный путь!
               На тридцатой,
                             последней версте
Ничего не сулит хорошего.
Под моими ногами
                 устало
                        хрустеть
Ледяное,
         ломкое
                крошево.
				
Страшный путь!
               Ты в блокаду меня ведёшь,
Только небо с тобой,
                     над тобой
                               высоко.
И нет на тебе
              никаких одёж:
Гол как сокол.

Страшный путь!
               Ты на пятой своей версте
Потерял
        для меня конец,
И ветер устал
              над тобой свистеть,
И устал
        грохотать
                  свинец…
				
- Почему не проходит над Ладогой
                                 мост?! -
Нам подошвы
            невмочь
                    ото льда
                             оторвать.
Сумасшедшие мысли
                  буравят
                          мозг:
Почему на льду не растёт трава?!

Самый страшный путь
                    из моих путей!
На двадцатой версте
                    как я мог идти!
Шли навстречу из города
                        сотни
                              детей…
Сотни детей!..
               Замерзали в пути…

Одинокие дети
              на взорванном льду -
Эту тёплую смерть
                  распознать не могли они сами
И смотрели на падающую звезду
Непонимающими глазами.

Мне в атаках не надобно слова «вперёд»,
Под каким бы нам
                 ни бывать огнём -
У меня в зрачках
                 чёрный
                        ладожский
                                  лёд,
Ленинградские дети
                   лежат
                         на нём.

1944


Читает Александр Межиров (с 3-й строфы)