Николай Асеев

Дорога

1

Мир
    широк и велик
с пути полёта,
но хвалит
          каждый кулик
своё болото.
Пускай
       и в земную треть
гнездо куличье,
хочу лететь -
              осмотреть
земли величье.
Дыши шумней,
             паровоз, -
зима седая.
Кружись,
         лесов хоровод,
вниз оседая…
Как быстро
           вдаль ни бежит
твой путь, - он робок;
глумясь,
         встают рубежи
в крутых сугробах.
Раскинулась
            широко
страна - Расея,
и в ней
        таких дураков
не жнут, не сеют.
Сто дней
         топочи конём -
не сдаст пространство.
Пора
     говорить о нём
не так пристрастно.
Как медленный
              сток ржи
в амбарный запах, -
замедленная
            жизнь
обваливается на Запад.

2

Дорога была
            навек
прочна, опрятна;
винтами
        вилась наверх
и шла обратно.
Вся белая,
           без теней,
ровна, как скатерть…
И полз
       мурашом по ней
мотор на скате.
Теперь,
        воротясь назад,
она воочию
впивается
          мне в глаза
и днём и ночью.
Чем сможет
           чужая страна
нам сердце трогать?
Натянутая,
           как струна,
звенит дорога.
Не узенькою
            тропой -
от речки в рощу:
по этакой
          и слепой
пройдёт на ощупь.
С такой
        к рулю привыкать;
здесь воз - помеха.
По этой
        без грузовика
не стоит ехать!
На этой -
          кого ни встреть,
не разоспится…
И люди
       идут быстрей,
и чаще спицы.

3

Чем ближе
          родные места,
тем реже люди:
«…Чем тише
             наша езда,
тем дальше будем!»
Замшелая
         мудрость лесов,
колтун распутиц…
Какое тебя
           колесо
возьмёт распутать?
И хватит ли
            лет полста
твоей тощищи,
чтоб
     гладью дорог-холстов
был грунт расчищен?
Товарищи
         и творцы,
болото - шатко:
скорей
       подвози торцы,
грани брусчатку.
Пусть там,
           где вилась морошка
да голубица,
асфальтовая
            дорожка
в тень углубится.
Пусть там,
           где лишь филин ухал
во мгле трясины,
шуршит
       хорошо и сухо
прокат резины.
Пусть каждому
              станет дорог,
как голос близкий,
гудок
      и знакомый шорох
сквозь пыль и брызги.
Чтоб нам бы
            не тише ехать
вдаль, без задора -
пусть всюду звучит,
                    как эхо,
зов Автодора!

1928